О приглашении Черногории начать переговоры о вступлении в НАТО

"Мы должны полностью отдавать себе отчет в том, что Черногория вступает в организацию, которая сегодня официальной политикой объявляет политику сдерживания России. Тем самым Черногория во многом отказывается от потенциала добрососедских отношений с нашей страной, поскольку понятно, что это не может не сказаться ни на политических, ни на социальных и экономических отношениях".

"Это геополитический замысел, никакого реального выигрыша от приглашения Черногории не будет ни для НАТО, ни для региональной безопасности, ни для европейской безопасности. Понятно, что Черногории никто не угрожает... Это попытка продавливать конфронтационную повестку дня и не имеет никакого отношения к реальным потребностям в области безопасности, и предназначена для того, чтобы продемонстрировать, в том числе и РФ, что политика "открытых дверей" востребована".

"Это еще одно свидетельство того, что это сугубо геополитический проект, попытка навязать нам и в целом Европе ту повестку дня, которой не должно существовать".

"Она [политика "открытых дверей"] не соответствует реальным потребностям безопасности Европы".

"Мы всегда выступали за то, чтобы на Балканах царил мир. Мы всегда рассматривали все страны региона, как дружественные страны. Россия никогда не навязывала какой-либо выбор этим государствам. Но мы твердо исходим из того, что этот район должен находиться вне геополитического соревнования, которое сегодня пытается устроить НАТО".

О предложениях по укреплению средств ПВО Турции

"У нас нет уверенности в том, что эти меры будут строго соответствовать задаче нейтрализации возможных вызовов со стороны террористических организаций".

"Если мы увидим, что НАТО пытается, используя эти меры, сдерживать Россию и на южном направлении, то это станет еще одним осложняющим моментом в построении действительно широкой международной коалиции по борьбе с ИГ, над чем мы сегодня работаем".

"Это будет также опасно с той точки зрения, что на фоне инцидента с нашим самолетом будет поощрять определенные круги в Турции проводить более нахрапистую политику в отношении нашей страны"

Об инциденте с российским Су-24

"Мы, конечно, были очень разочарованы тем, что, собравшись на свое заседание на уровне послов, НАТО не дала принципиальную оценку этой преступной акции турецкой стороны. И чтобы там ни говорили об обстоятельствах произошедшего, никакое государство не в праве принимать такого рода действия, как были предприняты в отношении нашего самолета, и давать команду на поражение, когда наш самолет находился в воздушном пространстве в Сирии и, когда совершенно было ясно всем, в том числе и Турции, что он не мог представлять никакой угрозы для турецких интересов».

О перспективах членства в НАТО Грузии и других претендентов

"Если внимательно читать (итоговое) заявление — я бы сказал, что все оставлено как есть на сегодняшний день. С одной стороны, подтверждено, что решение саммита Бухарестского остается в силе, но тем не менее там сделан акцент на выполнение необходимых критериев, отмечается, что путь будет неблизкий для этих государств".

"Думаю, что немаловажный факт заключается в том, что никаких формальных шагов применительно к другим аспирантам сделано не было. Пригласили Черногорию — это шаг. В отношении других аспирантов таких шагов сделано не было".

О перспективах созыва Совета Россия-НАТО

"Официально (предложений восстановить контакты по линии Совета РФ-НАТО) не поступало, но эта тема постоянно обсуждается в наших контактах с другими представителями НАТО. Мы эту тему рассматриваем под различными углами. Действительно, генеральный секретарь прав в том, что СРН как институт продолжает сохраняться, но в нынешней ситуации, если будет принято решение такое заседание проводить, оно должно быть тщательно подготовлено".

О стратегии НАТО по борьбе с гибридными угрозами

"Она в целом направлена на то, чтобы усилить потенциал альянса в сфере реагирования на так называемые гибридные угрозы, который подразумевает использование не только военных, но и асимметричных средств". "Эта тема получила широкое распространение в НАТО. Это результат тех пропагандистских страшилок, которые распространяются в последнее время в западной медийной среде".

"На самом деле, мы прекрасно знаем, что первыми гибридные операции стали применять страны НАТО. И примером этого являются бомбардировки Югославии в 1999 году, которые сопровождались огромным пропагандистским давлением, демонизацией страны, экономическим давлением, угрозой экономических и политических санкций".

"Тем не менее, важно то, что в этой стратегии, как заявил генеральный секретарь, отмечается, что прежде всего сами государства должны быть первыми на передовом фронте борьбы с так называемыми гибридными угрозами. НАТО находится во втором эшелоне. В этом контексте было условлено, что НАТО будет работать вместе с Европейским союзом".

Об итогах деятельности Международных сил по содействию Афганистану

"Мы выступали за то, чтобы не осуществлялось такое ускоренное свертывание этой операции. Мы выступали за то, чтобы прежде чем принимать соответствующее решение, Совет Безопасности [ООН] должен был изучить доклад всеобъемлющий Международных сил, а их основу, как известно, составляли контингенты НАТО, и только после этого надо было начинать разговор о том, нужно ли было уходить, как уходить, в какие сроки". "Но, тем не менее, в альянсе решили иначе — операция была свернута и я не вижу никаких предпосылок на сегодняшний день, ни политических, ни социальных, ни экономических для того, чтобы вдруг альянс решил вернуться к тем параметрам, которые были еще несколько лет назад".